Так кто же мы наконец? Евреи или не евреи? В Союзе нам жилось легко и просто. Еврейство было чем-то нехорошим, второсортным. В лучшем случае простительным. Так бессознательно рассуждали даже приличные люди.
Мой школьный учитель, добродушный, тихий человек, говорил про озорного еврейского юношу:
Усматривая здесь двойное преступление...
В лагере я спросил оперуполномоченного:
- Почему среди евреев нет осведомителей? Тот ответил:
- Сам посуди. Еврей, и к тому же - стукач! Это слишком. Знакомый деревенский паренек рассказывал:
- К нам в МТС прислали одного. Все говорили - еврей, еврей... А оказался пьющим человеком...
Еврей - знай свое место! В школе добивайся золотой медали. В институте будь первым. На службе довольствуйся второстепенной ролью.
А не еврей-докажи! Предъяви документы. Объясни, почему ты брюнет? Почему нос горбатый? Почему "эр" не выговариваешь? Почему ты Наумович? Или даже Борисович? Про Абрамовичей я уж и не говорю...
Бывало, что люди утаивали свое еврейство. Можно ли их осуждать? По-моему - нет.
Нормальные люди действовали разумно. Не орали без повода - я еврей! Хоть и не скрывали этого.
И вот мы приехали. Евреи, русские, грузины, украинцы... Русские дамы с еврейскими мужьями. Еврейские мужчины с грузинскими женами. Дети-полукровки...
И выяснилось, что евреем быть не каждому дано. Что еврей - это как почетное звание.
И вновь мы слышим-докажи! Предъяви документы. Объясни, почему ты блондин? Почему без затруднения выговариваешь "эр"? Почему ты Иванович? Или даже Борисович?..
Между прочим, это и есть расизм. Ненавидеть человека за его происхождение - расизм. И любить чело" века за его происхождение - расизм.
Будь евреем. Будь русским. Будь грузином. Будь тем, кем себя ощущаешь. Но будь же и еще чем-то, помимо этого...
Например, порядочным, добрым, работящим человеком.
Спорное, но выразительное определение еврейства дал Борис Меттер:
- Еврей - это тот, кто выписывает газету "Новый американец"!
С. Довлатов "Марш одиноких"
"Сказочная страна, голубое море, белое солнце, вечная зелень, свежие соки, дикие фрукты. Тель-Авив - сказка. Красивей Израиля не бывает. В магазинах опять полно. Порции такие, что тебя раздувает, как дирижабль. А жрать надо, не брать же деньгами, да тебе деньгами и не дают. Шмоток полно. Базар такой, что от зелени, помидоров, слив, рыб, дынь, арбузов, картошки величиной с собаку,кукурузы вареной с солью, колбасы телячьей, поросячьей, индюшачьей, халвы тахинной, черешен, фасоли молодой, салата, селедки, водки, пива, соков, давленных тут же, и криков: "Я сегодня сошел с ума, берите все за 1шекель", - ты становишься сумасшедшим.
А еще Иисус Христос, а еще вся Библия на самом деле, и Вифлеем, и Голгофа, и Гроб Господен, и царь Ирод. Все на самом деле!!! И желтая пустыня, и Мертвое море, где женщины плавают в таких позах, которые раньше видел я один.. И Красное море с коралловыми рифами и рыбами таких наглых расцветок и нахальства,что хочется спросить их: "У вас что, врагов здесь нет? А акулы? А русские? Да унас на Черном море, если б ты даже сидел под камнем и был бы цвета свежепролитого мазута, тебя бы выковыряли, распотрошили и зажарили в твоем собственном машинном масле. А здесь ты нагло меня, Мишу Жванецкого, хвостом в пах. Жаль, я сыт. И жаль, ты не приезжаешь к нам на Черное море, ты б там поплавал".
И рощи оливковые и апельсиновые, где фонарями сквозь зелень светят апельсины, и никто не жрет их.
И вот среди этой роскоши, природы и жизни шатаются люди, которые на неродной родине были евреями, а на родной наконец стали русскими и вокруг себя распространяют текст: "Это все поверхностный взгляд, Миша. Ты в восторге. Ты же не успеваешь глянуть вглубь".
Да, не успеваю+ Или нет, не успеваю+ Как это было по-русски?+ Конечно, не успеваю. Конечно, поверхностный взгляд. То, что мы в Москве умираем с голоду - тоже поверхностный взгляд. Но каких два разных поверхностных взгляда.
Да, у вас тяжело. А у нас плохо. "Опять разница небольшая, но опять очень существенная", - как любил говорить великий юморист и бывший президент. Да, среди сказочной и самой красивой в мире библейской страны сидят 450 тысяч недовольных советских евреев. Их русские жены счастливы! Их русские дети от их русских жен от бывших русских мужей давно выучили язык и стали евреями, и только эти остаются русскими и говорят по-русски, и не могут спросить, как проехать, и не могут забыть, как они были главными механиками и гинекологами, и сидят на балконе, и смотрят в даль, которой на новой родине нет.
А, как я уже говорил, количество сволочей постоянно и неизменно. Уезжаешь от одних и радостно приезжаешь к другим. Там тебе говорили "жидовская морда", тут тебе объяснили, что ты "русская сволочь". И ты уже можешь понять, что чувствует русский патриот.
- Миша, здесь жить очень тяжело. Хотя там жить было невозможно".